Педагог Татьяна Иванова дала «Новой газете» интервью: как ее инструктировали о том, как фальсифицировать выборы в пользу «Единой России». Она назвала конкретные фамилии тех, кто давил, — это Наталья Назарова, начальница отдела образования Василеостровского района, и член горизбиркома Сергей Пономарев. Фальсифицировать предлагалось не бесплатно — за 70 тысяч рублей.

После того как Иванова обнародовала всю историю, ей пришлось уволиться из школы, а г-жа Назарова подала на нее в суд. На первые два заседания Иванову даже не пригласили. Зато когда стало известно о третьем, интернет взорвался и стал собирать деньги ей на штраф, а в суд пришло несколько десятков человек.

Зачем они подают в суд? Чтоб неповадно было.

У меня есть любимая история, которая случилась две с лишним тысячи лет назад, во времена династии Цинь, в 207 году до н.э., при втором (и де-факто последнем) представителе этой династии — слабовольном императоре Эр Ши. При дворе Эр Ши всем заправлял коррумпированный евнух Чжао Гао, и однажды, желая проверить, кто ему предан, а кто нет, он привел во дворец оленя и сказал, что это лошадь. Одни придворные сказали: «Нет, это же олень», а другие сказали: «Да-да, это лошадь». Так Чжао Гао понял, на кого можно положиться, а на кого нет. Те, которые сказали «это лошадь», были возвышены, а те, кто сказал «это олень», — казнены.

Власть ведет себя сейчас, как Чжао Гао. Уже речь не идет о реформах, модернизации, переменах. Вся стратегия стала проста: люди делятся на своих и чужих, свои — это те, кто называют оленя лошадью, чужие — это те, кто, сволочи такие, по указке из Госдепа для дискредитации вертикали власти говорят про оленя, что это олень.

Тем более что в век массовых коммуникаций возможности по перекрашиванию оленя в лошадь с помощью фотошопа — неограниченные. Можно снимать фильмы типа «Анатомия протеста». Можно толпами нанимать «нашистов», которые будут в интернете утверждать, что олень — это лошадь. Для более изысканной публики, наконец, существуют радзиховские, которые будут уверять, что все относительно: олень и лошадь — в сущности, оба копытные, на обоих можно ездить, и, в общем, если подумаешь, то между ними нет особой разницы, а люди, которые кричат «но это же олень», — они смешные, зацикленные на одной идее, ведут себя неприятно и вообще — лузеры какие-то.

Олень — это лошадь, и выборы президента были честными и демократическими, а все, кто говорит иначе, не верен евнуху Чжао Гао.

Олень — это лошадь, и в Астрахани на выборах победил Столяров, а кто говорит иначе — агенты Госдепа.

Олень — это лошадь, и патриарх Кирилл не отнимает квартир и не носит дорогих часов, а кто говорит иначе, злобствует из-за активной социальной позиции РПЦ и поддержки ею Путина.

Олень — это лошадь, и новоиспеченный губернатор Волгоградской области Боженов летал в Италию на католическую Пасху обмениваться опытом, а кто говорит, что он летал на пьянку в честь своего дня рождения — тот предатель Родины и либераст.

Олень — это лошадь, а «сырьевой придаток» — это отныне «энергетическая сверхдержава». Олень — это лошадь, а «свободные и демократические выборы» — это «оранжевая» революция. Долой тех, кто хочет «оранжевой» революции в нашей энергетической сверхдержаве!

И ключевым местом, где олень превращается в лошадь, конечно, является суд. Это в суде оказывается, что на выборах нет никаких нарушений, и они чистые и прозрачные. Это в суде оказывается, что экс-министр Шевченко напылил в квартире патриарха Кирилла на 20 млн рублей. Это в суде оказывается, что это не Наталья Назарова, начальница отдела образования Василеостровского района, давила на учительницу Татьяну Иванову, а учительница Татьяна Иванова, оказывается, оклеветала честную Назарову.

Стратегия лжи и насилия — на самом деле очень выигрышная стратегия. Если существует группа людей, кровно заинтересованных в том, чтобы оленя назвать лошадью, — то ее совокупное давление обычно приводит к тому, что значительная, если не большая, часть населения оказывается оболванена. Ну да, лошадь, вот же вчера и по телевизору Екатерина Андреева говорила! «Кто как не он?», «Если не он, так кто?»

У этой стратегии есть только один недостаток. Если мы все поднимемся и скажем, что олень — это олень, то режим рухнет тут же. Вот почему так важно, что люди пошли к суду в поддержку Татьяны Ивановой. Олень — это олень, выборы были нечестные, а бывшая учительница 575-й школы Иванова сказала правду. И теперь ее преследуют, чтобы другим было неповадно. Не дадим этого сделать.

Юлия Латынина

Несмотря на морозы, сотни тысяч человек выходят сегодня на самые разные по количеству участников и лозунгам митинги, на которых тем не менее можно обнаружить одно общее требование — требование честных, прозрачных выборов.

И тут-то все вдруг стали вспоминать — а куда, собственно, они ходят на выборы, где должны обеспечить эту честность и прозрачность?

Как и во всех странах мира, большинство избирательных участков у нас расположены в школах, в других образовательных учреждениях. При этом членами большинства избирательных комиссий, проводящих выборы, подсчитывающих голоса, являются учителя. Следовательно, именно от их гражданского сознания, честности, порядочности зависят и результаты.

 Подробности 

История одного директора, которая полагает, что чувство собственного достоинства и принципы сильнее страха

Елена Травина, директор детско-юношеского центра «Каравелла», написала в «Новую» о том, что учителей Зеленограда отправляют на Поклонную по разнарядке.

А на следующий день начальник управления образования сообщила ей: если не напишет заявления по собственному желанию, то будет уволена по статье… Но не за то, что противилась разнарядке, а за то, что, наоборот, требовала от учителей выйти на митинг.

Людмила Рыбина
Обозреватель